Реальность кажется непрерывной во всех направлениях. Пространство-время выглядит гладким и поддающимся измерению — и по большей части так оно и есть. Но когда дело доходит до фундаментальных универсальных констант, лежащих в основе всего сущего, таких как планковская длина и скорость света, наука пока не может объяснить их происхождение.
Некоторые ученые выдвигают спорную идею о том, что наша Вселенная обладает определенными свойствами, потому что так было задумано.
Все начинается с изучения этих констант — неизменных физических свойств, которые невозможно разложить на составляющие. Планковская длина, представляющая собой наименьший известный нам масштаб, в котором может существовать материя, может быть «пикселем», формирующим структуру пространства.
Каждый «пиксель» имеет размер всего 1,6×10−35 метра, что бесконечно мало даже по сравнению с протоном — строительным блоком атомов. Протон все равно в 100 миллиардов миллиардов раз больше планковской длины.
Эта «пиксельная» длина важна — физики определили ее как пространственный масштаб, в котором пересекаются квантовая механика и гравитация. Она представляет собой наименьшее дискретное расстояние, которое преодолевает свет.
В каком-то смысле скорость света — постоянная величина, равная 186 000 миль в секунду в вакууме, — может быть «частотой кадров», с которой реальность обновляет каждый пиксель. На таких микроскопических масштабах начинают действовать принципы квантовой физики. Мы наблюдаем это в явлениях, происходящих между атомами или электронами, которые иногда называют «призрачным дальнодействием» — когда действие, совершаемое над одной крошечной частицей, приводит к эффекту в очень удаленной от нее частице.
Квантовый мир, кажется, бросает вызов привычному нам миру. Его механику сложно понять из-за того, что квантовые частицы проявляют определенные свойства только тогда, когда мы их измеряем. Они как будто появляются по запросу, как в игре. Запутанные частицы сохраняют корреляцию на огромных расстояниях, ведя себя скорее как данные, чем как отдельные объекты.
Итак, давайте сложим все эти элементы: пиксели, скорость света и квантовые явления.
Почему наша реальность, по всей видимости, построена на этих фундаментальных принципах? Пол Дэвис, доктор философии, физик-теоретик из Университета штата Аризона, предположил, что совокупность этих свойств Вселенной указывает на то, что реальность действует как симуляция.
Идея «теории симуляции» существует уже по меньшей мере 20 лет, ее популяризировал философ Ник Бостром, но в научной фантастике она появилась задолго до этого. Однако Дэвис отмечает, что эта идея — всего лишь мысленный эксперимент. Он также предупреждает, что эту гипотезу, возможно, никогда не удастся проверить, а значит, она никогда не получит статус настоящей научной теории.
«В каком-то смысле можно придумать что угодно», — говорит Дэвис. «Лучший комментарий, который я знаю, — это статья Джона Барроу, опубликованная много лет назад в New Scientist, под названием “Глюк”, в которой он говорит, что “недостатки физики могут рассказать нам о реальности больше, чем законы физики”».
По сути, если Вселенная — это симуляция, она не обязана быть идеальной, поэтому можно искать «сбои» в естественном порядке вещей».
Как опровергнуть гипотезу симуляции? Дэвис говорит, что, хотя это и интригующая идея, конечная цель может быть ближе к мифологии, чем к науке. «Так что об этом аргументе интересно поразмышлять — и я держу его в поле зрения, — но он не открывает разумных карьерных перспектив для практикующего ученого. Он больше интересен философам и теологам».
Он также интересен физику Мелвину Вопсону, доктору философии, из Портсмутского университета. Он исследовал вопрос о том, может ли Вселенная быть «настроена» на существование в качестве симуляции, и опубликовал об этом книгу под названием «Перезагрузка реальности: научные аргументы в пользу существования симуляции Вселенной».
По его словам, проверка природы нашей реальности имеет свои ограничения, но, возможно, существуют доказательства, которые мы можем найти, — те самые сбои, о которых говорил Дэвис.
«Если предположить, что Вселенная — это своего рода вычислительная конструкция, то, по сути, чтобы доказать это, нужно иметь доступ к аналогичным возможностям и инструментам, которые используются для вычислений, формирующих нашу реальность. Поскольку эти возможности находятся за пределами нашего сконструированного мира, нам остается лишь ряд ограниченных научных и метафизических подсказок, которые мы могли бы выявить и подвергнуть эмпирической проверке, — говорит он.
— Как ни странно, те самые ограничения, о которых я упомянул, могут стать ценным инструментом для поиска этих подсказок, если мы будем намеренно доводить физические системы до предела возможностей нашей сконструированной реальности и наблюдать за их поведением».
Вопсон назвал несколько способов, с помощью которых мы могли бы это сделать. Один из экспериментов проводился бы на скорости, близкой к скорости света, и показал бы, как пространство и время переплетаются при предельной скорости во Вселенной.
Другой эксперимент был бы связан с квантовой механикой и показал бы границы пространства, материи и энергии на очень малых масштабах.
По его словам, изучая эти масштабы, мы уже можем развеять иллюзии, например о том, что мир представляет собой континуум, «в то время как на самом деле Вселенная дискретна, подобно пикселям или дискретным цифрам в компьютерной системе».
Запутанность квантовых частиц — хороший пример этой дискретности, поскольку она показывает, что сама материя «на самом деле имеет двойственную волновую и корпускулярную природу, и материя проявляется только по требованию и при наблюдении», — говорит он.
Вопсон добавляет, что «никто никогда не примет теорию симметрии как факт без эмпирических доказательств, и я в том числе». Однако он предполагает, что когда-нибудь эмпирические доказательства могут появиться в результате нового эксперимента, хотя и не может предсказать, как это произойдет. Или, возможно, появятся новые доказательства благодаря достижениям в области искусственного интеллекта (ИИ), — говорит он, — но это, опять же, сложно предсказать.
Хотя мы не можем с полной уверенностью утверждать, что Вселенная — это симуляция, мы можем показать, что у нас есть множество инструментов для изучения космоса. Возможно, с развитием искусственного интеллекта или благодаря новым экспериментам мы сможем узнать больше, но пока нам придется довольствоваться тем, что многие вопросы о нашей реальности остаются за философией, а не за наукой.
Дэвис согласен с таким подходом. По его словам, его главное возражение против научного исследования заключается в том, что называть Вселенную симуляцией — это «отговорка».
Дело в том, что ученые по своей природе и в силу своей профессии ищут научные объяснения того, что нас окружает. С другой стороны, говорит он, легко представить «мир, в котором может произойти практически все, как в мире сновидений, и объяснить это тем, что такая реальность просто была выбрана симулятором».
Автор Elizabeth Howell, Popular Mechanics
Oct 20, 2026
